Мечта о будущем Нарвы

Мой теснейший контакт с Нарвой - «родом» из 2011-2015 годов, когда мне доверили честь представлять жителей города в эстонском парламенте и руководить Нарвским отделением Социал-демократической партии. Кроме того, возможность поставить на сцене театра «Ильмарине» в 2011 и в 2014 годах пьесы «Право сильнейшего» и «Домовой» позволила мне некоторое время жить в Нарве. Естественно, мои знания о городе поверхностны, но, на мой взгляд, они все-таки больше, чем у большинства действующих политиков сегодняшней Эстонии.

В течение четверти века после приобретенной в 1991 году независимости число жителей Нарвы уменьшилось примерно на треть. И хотя и в других эстонских городах (за исключением Таллинна) народу стало меньше, это не оказалось таким серьезным явлением, как в Нарве. Конечно, причиной этого является закрытие основных предприятий-работодателей Нарвы, «Кренгольма» и «Балтийца», что означало потерю примерно 15 000 рабочих мест и что не было достаточно компенсировано созданием новых, основанных на модных технологиях, промышленных предприятий.

Если в других, намного меньших, чем Нарва, городах в последние десятилетия строилось немало новых школьных зданий, стадионов, бассейнов, концертных залов, библиотек и других социально-культурных объектов, то в Нарве вся эта сфера осталась на советском уровне или даже сократилась. Для меня символом состояния Нарвы в течение уже десятилетий остается маленькая будка, которая выполняет функции автобусной станции, и здание вокзала в убогом состоянии – они являются визитной карточкой третьего города Эстонии для прибывающих сюда на общественном транспорте гостей...

Обвинять в этом только власти Нарвы было бы несправедливо, потому как если большинство жителей города составляют учащиеся и пенсионеры, то понятно, что налогового дохода города хватит только на какое-то содержание уже имеющегося имущества. Знаем мы и то, что в других городах построенные культурные и спортивные объекты получили в существенном объеме государственную поддержку, в Нарве же государством построены только лишь новый корпус больницы, новое здание профтехучилища, дом полиции и здание колледжа, а также частично приведены в порядок крепость Германа и бастионы. Даже восстановление абсолютно уникальной для Эстонии Александровской церкви и превращение ее в концертный зал (решение, которое я принял, будучи министром культуры уже 20 лет назад) вылилось в финансовый скандал и на сегодняшний день остановилось.

Если бы кто-то в 1991 году предсказал, что в течение четверти века уменьшится удельный вес эстонцев в Нарве, да еще и почти остановится эстоноязычная культурная жизнь, то его, видимо, сочли бы врагом или сумасшедшим. А так и вышло. И это не мешает некоторым таллиннским политикам от Партии реформ и IRL выступать с призывом прекратить в Нарве предоставление основного образования на русском языке и превратить детские сады в эстонские...

Во время руководства бывших министров внутренних дел Марко Померантса (2010 год) и Ханно Певкура (2014-й) созданный так называемый план развития Ида-Вирумаа остался нереализованным, поскольку для достижения содержащихся в нем целей правительство, возглавляемое реформистами, не выделило денег. Шла игра противопоставления нарвской городской власти и центрального руководства. В последнее время в связи с входом социал-демократов (2014-й) и центристов (2016-й) в правительство отношение к Нарве стало улучшаться, и, в принципе, были приняты многие существенные инвестиционные решения (театральный дом, колледж Академии внутренних дел вместе с бассейном, отделение экстренной медицины Нарвской больницы, две государственные гимназии, Дом эстонского языка).

Но это все отдельные моменты, на самом деле Нарва нуждается в принципиальном перевороте в отношении к ней эстонского общества, а также в очень конкретной 10-летней программе развития, обеспеченной государственными финансовыми средствами. Этот переворот в отношении должен означать принятое всей страной решение, что Эстония не заканчивается у бензозаправки Statoil на въезде в Нарву и что Нарва как третий город республики является нашими достойными и гостеприимными восточными воротами. Четкой целью должно стать то, чтобы жители Нарвы чувствовали себя не просто нарвитянами, а равноправными и приветствуемыми членами эстонского общества. Для этого требуется, прежде всего, создание новых рабочих мест и решение образовательных проблем.

Премьер-министр мог бы начать с того, чтобы пригласить всех действующих у нас иностранных послов в Нарву и провести тут с ними пару дней, чтобы твердо обозначить явный интерес правительства - «заманить» в этот город иностранные инвестиции. Естественно, предпосылкой для этого является существенное улучшение отношений с Россией, чтобы Нарва действительно могла успешно играть роль восточных ворот. Конечно, улучшение отношений является двусторонним процессом, но мне кажется, что и сегодняшнее эстонское правительство, несмотря на ведущую в нем роль Центристской партии, со своей стороны недостаточно для этого сделало. В ситуации, когда наибольшая оппозиционная партия – реформисты – нападает на премьер-министра уже только за то, что тот ездил в гости к петербургским эстонцам на их праздник, это, само собой, нелегкая, но все же совершенно необходимая задача.

Инвесторов интересует, разумеется, и городская среда вообще, место, где будут жить иностранные специалисты и их семьи, и в этой части дополнительная помощь государства совершенно необходима. После театрального зала и бассейна должны бы следовать библиотека, стадион, концертный зал, придание новой функции ратуше и территории вокруг нее, а также дальнейшее развитие пляжа Нарва-Йыэсуу. В перспективе обязательно и создание Европейской школы и нового моста через Нарову.

Если бы государство предприняло со своей стороны эти шаги, наверное, тогда и город со своей стороны нашел бы средства для приведения в порядок улиц и озеленения, а Тийт Вяхи увидел бы смысл в приведении в порядок принадлежащего ему курзала Нарва-Йыэсуу. Нашей общей целью должно стать, чтобы европейцы начали относиться к получению «статуса» жителей Нарвы так же, как к переезду из одного города Европы в другой, чтобы эстонцы не воспринимали переход на работу в Нарве, как ссылку в Сибирь, чтобы отдых в Нарва-Йыэсуу стал для них столь же престижным, как это было до Второй мировой войны.

Без такого перелома невозможно решить проблемы с образованием в Нарве, что означало бы, в числе прочего, и создание возможности бесплатного изучения эстонского языка для всех желающих, так как именно это должно стать целью нарвского Эстонского Дома. Желающих наверняка будет много. Помнится, когда мы перед местными выборами в 2013 году хотели включить такое обещание в предвыборную программу, то нарвитяне сказали, что это нереально именно из-за отсутствия преподавателей и денег.

Перед этой же проблемой стоит общеобразовательная сеть Нарвы, для которой существенной задачей является обеспечение окончивших среднюю школу уровнем владения эстонского языка, позволяющим учиться дальше в эстонских вузах, а окончивших основную школу - уровнем, необходимым для продолжения учебы в эстоноязычных профтехучилищах. Ситуация, когда родным языком большинства нарвских учителей эстонского языка является не эстонский, не говоря уже об учителях спецпредметов, вынужденных проводить уроки на искаженном эстонском языке, является, по моему мнению, компрометацией понятий «образование» и «школа». В городе, где 95 процентов молодежи — русскоязычная, цель отнять у них возможность получения среднего и профессионального образования на родном языке является не только нереальной, но и явно дискриминационной.

Поэтому было бы естественным, если бы одна из создаваемых в Нарве государственных гимназий была русскоязычной, и окончившим ее молодым людям обеспечивалось бы владение эстонским языком на уровне С1, а это требовало бы существенно более качественного обучения эстонскому языку в нарвских основных школах. Единственным средством достижения этого я вижу появление в Нарве эстонцев-учителей эстонского языка. Одной лишь 30-процентной добавки к зарплате для мотивации недостаточно. Надо бы создать систему ротации учителей, обеспечивающую им качественную (бесплатную?) муниципальную квартиру, а при возвращении в родной город - восстановление на прежнем рабочем месте.

В государственной программе развития Нарвы надо ставить целью достижение через 10 лет ситуации, когда не менее 10 процентов жителей Нарвы являются эстонцами, и тогда в городе возникла бы и эстоноязычная культурная жизнь. Для этого необходим общегосударственный патриотический почин, за которым должны стоять конкретные правительственные примеры и деятельность.

Нынешним жителям Нарвы это никак не угрожало бы, но означало бы повышение качества жизни и для них.

Именно поэтому я поддерживал перевод в Нарву Академии внутренних дел и поддерживал бы также и в том случае, если бы речь шла о Художественной или Музыкальной академии.

Государство должно дать четкие сигналы, тогда и частный сектор, и народ пойдут вперед. На осенних местных выборах же уже жителям Нарвы надо решить, какой степени увлеченности продвижением общего дела они ждут от руководителей своего города.

Яак Аллик,

член правления

Социал-демократической партии

Важнейший вопрос выборов

Нарвский инженер Петр Поскин в обращении к кандидатам в Рийгикогу, опубликованном в „Нарвской Газете“ 22 января, совершенно справедливо указал на важнейшую проблему экономического развития Эстонии, которая заключается в низких зарплатах, выталкивающих из Эстонии квалифицированную рабочую силу, и вытекающих из этих зарплат столь же низких пенсиях.

Причиной низкого уровня пенсий и недофинансирования всей социальной сферы автор считает низкий уровень налоговой нагрузки (если сравнивать со скандинавскими странами). И с ним трудно не согласиться.
В своей предвыборной программе социал-демократы подошли к близким к позиции Петра Поскина выводам и предложили свои решения проблемы. Мы считаем необходимым в течение последующих четырех лет повысить минимальную заработную плату с нынешних 392 до 800 евро, что означало бы, по нашей оценке, рост среднего уровня пенсий с нынешних 374 евро до 560 евро в 2019 году.
Минимальную заработную плату нельзя возводить в догму – ее уровень является результатом соглашения между правительством, работодателями и работниками. По соглашению, в 2015 году минимальная заработная плата должна увеличиться на 10 процентов, с нынешних 350 до 390 евро. Если 10-процентный рост будет продолжен, то через 4 года минимальная зарплата составит 572 евро. Нашей же целью является 20-процентный ежегодный рост минимальной зарплаты, что дало бы Эстонии хотя бы небольшую надежду противостоять конкуренции на рынке труда со стороны наших соседей.
Сегодня в Эстонии медианная зарплата составляет приблизительно 700 евро (это означает, что у половины получающих зарплату она ниже этой величины). Разумеется, с увеличением минимальной зарплаты должен вырасти уровень зарплат в целом, так что к 2019 году мы смогли бы говорить о медианной зарплате по меньшей мере в 1100 евро. Это очень амбициозная цель. Нам говорят, что достижение этой цели невозможно: если уже сегодня крупные предприниматели были бы готовы платить подобную зарплату, то многие мелкие предприниматели, особенно на селе, тут же бы вымерли. Увы, но выдвижение такой цели совершенно необходимо, в противном случае рынок труда просто „разбежится“ по соседним странам.
Но одной постановкой цели нельзя ограничиваться. Требуется внедрить целый ряд механизмов, которые бы позволили существенный рост заработных плат без того, чтобы это привело к серъезным потрясениям для сферы предпринимательства. Мы подчеркиваем, что государство обязано осознанно направлять экономическое развитие, выполнять роль активного лидера, а не пассивного наблюдателя. Средства для этого разнообразны – начиная от выработки государственной промышленной политики и направления 50 миллионов евро на цели переобучения и повышения квалификации работников и заканчивая разработкой закона, в котором развитие предпринимательства становится обязанностью местных самоуправлений. Чрезвычайно важной в этом отношении должна стать многосторонняя помощь государства развитию экспортного потенциала Эстонии.
Примером в повышении минимальных зарплат должен стать, разумеется, сам публичный сектор, т.е. государство. Но для этого потребуется увеличить доходы государственного бюджета. Разумеется, с более высоких зарплат в госбюджет поступает и больший объем налогов и социальных отчислений. Но совершенно определенно наши люди не согласятся с налоговой нагрузкой в 50-55 процентов, которая сделала скандинавские страны государствами высокого благосостояния (налоговая нагрузка в Эстонии составляет сегодня 35 процентов). Следовательно, для нахождения дополнительных денег нужно перераспределить налоговую нагрузку и структуру налогов. Мы предлагаем установить ступенчатый подоходный налог, взимая 29 процентов налога с той части доходов, которая превышает 1600 евро в месяц. Мы готовы также частично восстановить подоходный налог для предприятий, установив налоговую ставку в 7 процентов для тех предприятий, которые не менее 2-х лет работают с прибылью, и чей собственный капитал превышает 30 тысяч евро.
Учитывая то обстоятельство, что находятся предприниматели, которые большую часть собственной зарплаты выплачивают себе в форме дивидендов и не платят с этих доходов социального налога, мы намерены поднять величину взимаемого с дивидендов подоходного налога до 26 процентов.
Для стимулирования предпринимательства необходимо уменьшение налоговой нагрузки на рабочую силу и увеличение налогов на имущество. Первым шагом в этом направлении считаем уменьшение социального налога на 13 процентов при приеме на работу учащихся, пожилых и лиц с ограниченными возможностями. Для облегчения налоговой нагрузки на малые предприятия предлагаем уменьшить на 3 процента социальный налог для предприятий, расположенных вне Таллинна и Харьюмаа. Первым налогом на имущество хотим сделать налог на приобретение автомобилей класса люкс, цена которых превышает 35 тысяч евро.
Очевидно, если мы в самом ближайшем будущем не решим проблему существенного повышения заработной платы и перераспределения налоговой нагрузки, экономическое развитие Эстонии будет остановлено. Поэтому ответы на поставленные Петром Поскиным вопросы должны оказаться в центре нынешней избирательной кампании.

Чего мы добились и что потеряли

Narvskaja Gazeta  18.12.2014

С принятым 10 декабря государственным бюджетом работу нынешнего состава парламента, по сути, можно будет считать завершенной. Разумеется, Рийгикогу будет собираться до 19 февраля и примет еще целый ряд поправок к различным законам, но понятно, что в январе-феврале основное внимание будет уделяться избирательной кампании и разным обещаниям, которые должны будут выполняться после выборов.
В апреле я размышлял на страницах «Нарвской Газеты» о том, стоило ли социал-демократам идти в реформистское правительство. Сегодня можно подытожить, чего мы достигли и что потеряли. 
С 1 января следующего года все родители начнут получать пособие на первого и второго ребенка 45 евро вместо нынешних 19, а с третьего ребенка – 100 евро в месяц. Школьные обеды гимназистов начнет оплачивать государство, что сэкономит их родителям более 20 евро в месяц. Пенсии в 2015 году тоже вырастут на предусмотренный законом максимум – 5,9 процента, а освобождаемая от подоходного налога сумма – до 374 евро.
Будет восстановлено похоронное пособие (250 евро) для малообеспеченных семей. Вероятно, успеют принять некоторые косметические поправки в Закон о гражданстве, которые прошли первое чтение. Министерство юстиции перевело важнейшие законы на русский язык и вот-вот откроет русскоязычный портал бесплатной правовой помощи.
Со следующего состава комиссии в местных городских и волостных собраниях должны быть сформированы в тех же пропорциях, в которых партии и избирательные союзы представлены в этих собраниях. Можно вполне уверенно утверждать, что ничего этого не было бы, если бы мы не вошли в правительство.
Я также считаю нашим достижением то, что наши министр образования Евгений Осиновский и министр социальной защиты Хельмен Кютт завоевали уважение специалистов в своей области за свой профессиональный, открытый и разумный подход к проблемам. Кроме того, министру образования удалось поднять минимальную зарплату учителей на 12 процентов – до 900 евро.
Евгений Осиновский также не дал в обиду своих избирателей, так что министру финансов Юргену Лиги пришлось уйти в отставку после оскорбительного замечания в адрес всех некоренных жителей Эстонии (разумеется, Осиновскому этого не прощают, и в эстонских средствах массовой информации его уже неоднократно успели окрестить «русификатором» еще до того, как он выйдет с долгожданным планом, что делать дальше с обучением эстонскому языку в русской школе).
Ценой нашего участия в работе правительства стало то, что мы больше не можем быть свободными в своем голосовании при защите тех позиций, которые поддерживали будучи в оппозиции. Нам пришлось молча согласиться со снижением ставки подоходного налога на 1 процент, которое пошло на пользу в основном богатым, о чем Партия реформ и IRL договорились уже в 2011 году. Реформисты были против того, чтобы дать право перепродавать садовые участки площадью 0,2 гектара в приграничной зоне негражданам, а также затормозили распоряжение о выдаче русскоязычных аннотаций к лекарствам в аптеках. Уверенное «нет» они сказали также переезду Академии МВД в Ида-Вирумаа.
Правительство, где у партнеров многие программные пункты прямо противоположны, не слишком эффективно, работа в такой коалиции психологически утомительна и приносит мало радости, тогда как в оппозиции можно хоть каждый день указывать на ошибки правительства и представлять законопроекты и предложения, которые нравятся избирателям, хотя ни одно из них в итоге не принимается. В политике, к сожалению, всегда стоит выбор – или половина яйца, или пустая скорлупа, или синица в руке, или журавль в небе.
Во всяком случае, 8 месяцев присутствия социал-демократов в правительстве доказали нам, что по-настоящему эффективно реализовать свою программу и выполнять свои обещания можно только будучи так называемой сильной стороной правительства, имея пост премьер-министра.
1 марта избиратели решат, что ждет Эстонию дальше.

Яак АЛЛИК,
депутат Рийгикогу, СДПЭ

Будущая школьная сеть Нарвы нуждается в быстрых решениях

Narvskaja Gazeta  juuni

Министр образования Евгений Осиновский недавно сказал, что после представления программы реорганизации школьной сети появится возможность инвестировать 10-12 миллионов евро в ремонт нарвских школьных зданий.

Но с этим нужно спешить, поскольку никто не будет долго ждать, пока поделят европейские деньги. К счастью, в Нарве дискуссия на эту тему ведется давно, и уже начинают формироваться реальные точки зрения.

Вероятно, все помнят, как предыдущий министр образования Яак Аавиксоо давил на основные школы и гимназии с целью разделить их и создать так называемые «чистые гимназии», что было обязательным условием для получения европейских пособий. По словам Аавиксоо, в городской чистой гимназии должно было быть 500 учеников, в сельской – 250.

Социал-демократы всегда поддерживали создание чистых гимназий в крупных городах, но никогда не противопоставляли эту идею возможности сохранить и имеющиеся сильные школы т.н. «полного цикла» (1-12 класс). В каждом варианте есть свои плюсы и минусы, которые уравновешивают друг друга.

В моем родном городе Вильянди, например, создали чистую гимназию (до 540 учащихся), а три имевшиеся средние школы превратили в основные. Социал-демократы в городском собрании все время протестовали против такого решения, полагая, что помимо чистой гимназии в Вильянди должна остаться и одна школа полного цикла. Это было необходимо как для сохранения конкуренции, так и для учета различий в желаниях учеников и их родителей – одним больше подходит один тип школы,  другим – другой.

Сейчас же в Вильянди, увы, возникла ситуация, при которой тот, кто, к примеру, по какой-то причине вступил в конфликт с единственной гимназией, вынужден просто покинуть город. И хотя в большой гимназии ученикам можно предлагать большие возможности в отношении факультативов, а учителям – полную нагрузку, подобная «принудительная коллективизация», несомненно, не идет на пользу системе образования в целом.

А власти Таллина и Тарту пошли по другому пути (и наверняка будут идти по нему и дальше): оправдывающие себя школы полного цикла сохранятся наряду с чистыми гимназиями.

Нынешнее правительство считает, что в городах, где школьная сеть приведена в порядок, государственные инвестиции, помимо создания чистых гимназий, при необходимости можно использовать на реконструкцию основных школ, и находящиеся в различных формах собственности школы нужно рассматривать наравне.

Учитывая данный опыт и тот факт, что сегодня в Нарве – 933 гимназиста, а в 2016 году, согласно прогнозам, будет 1100, в городе было бы разумно создать две «чистые гимназии», сохранив наряду с необходимым числом основных школ минимум одну школу полного цикла.

Мне представляется, что на основе Нарвской Ваналиннаской государственной школы, где работа ведется на базе языкового погружения, и сегодняшней Эстонской гимназии можно было бы сохранить две основные школы, создав одну эстоноязычную гимназию (для 200-300 учеников). Наряду с этим Нарве обязательно нужна одна чистая гимназия (для 300-400 учеников), где, согласно действующему законодательству, обучение шло бы на двух языках (60:40). Чистые гимназии могли бы быть государственными школами, школа полного цикла, очевидно, была бы муниципальной.

Что это будут за школы, где они будут находиться и как разумно использовать государственные инвестиции – все это, разумеется, вопрос договоренностей нарвской мэрии и министерства, и я здесь могу выступить лишь в роли советчика.

В ситуации, когда в Нарве довольно много школьных зданий, некоторые из которых стоят совершенно пустые (бывшее здание Колледжа и бывшая 7-я средняя школа), идея строить в городе новые здания школ, на первый взгляд, кажется нерациональной. Следует высчитать, не будет ли правильнее разместить в зданиях нынешней Эстонской гимназии как эстонскую основную школу, так и гимназию.

Что касается второй чистой гимназии, то здесь есть несколько возможностей. Помимо двух уже упомянутых пустующих зданий для этой цели подошла бы нынешняя Пеэтриская школа, где работает основная школа со 190 учениками, и Гимназия для взрослых. Думаю, специалисты способны рассчитать, во сколько обойдется каждый из этих вариантов.

В качестве школы с полным циклом обучения могла бы, несомненно, продолжать Гуманитарная гимназия, который требуются инвестиции для модернизации спортивного зала и бассейна.

Остальные школы Нарвы в этом случае стали бы русскоязычными основными школами.

Надеюсь, нарвские работники сферы образования и городские руководители быстро придут к конкретным предложениям и не упустят уникальную возможность получения масштабных инвестиций, занимаясь сведением счетов друг с другом.

О терпимости к меньшинствам. Всем

 Narvskaja Gazeta , Sev.Poberezije 16.10 2014

Обсуждение в парламенте так называемого закона о совместном проживании (точнее было бы назвать его «о гражданском партнерстве») заставило общественность обратить пристальное внимание на отношение к меньшинствам.

Закон о совместном проживании был инициирован по требованию канцлера права привести семейное право Эстонии в соответствие с международными конвенциями, под которыми мы подписались. Эти правовые акты считают семьей также людей, живущих в т.н. свободном браке, и требуют защиты детей, растущих в таких семьях. Семья в европейском праве и решениях Европейского суда по правам человека рассматривается как нейтральная в половом смысле, то есть защита предоставляется также юридически оформленному партнерству людей одного пола. Законы такого рода в той или иной форме приняты в большинстве стран Европы, включая глубоко католические Испанию, Италию и Португалию.

В Эстонии вопрос о совместном проживании людей одного пола вообще не особенно актуален: главная проблема заключается в так называемом свободном браке. По данным переписи населения, состоящими в таком браке считают себя 170 тысяч человек, включая около 200 однополых пар. Закон (вместе с ожидающими принятия подзаконными актами) с 2016 года дает людям, состоящим в свободном браке, а также их детям упрощенную возможность пользоваться различными правами (представление общей налоговой декларации, наследование, право опеки и обязанность содержания и т.д.). Такая возможность дается и однополым парам. Независимо от применяемых в государстве законов доля гомосексуалистов во все времена и во всех народах не превышала 5%. Вопрос культуры и морали – можем ли мы относиться к этим людям так, чтобы им не приходилось стыдиться своей жизни.

Исследования показывают, что среди юных гомосексуалистов число самоубийств – в два раза выше. Эти дети родились в семьях обычных матерей и отцов. Спросим себя, как бы мы повели себя, если бы столкнулись с такими случаями у своих детей или внуков? Речь идет о том, чтобы предоставить таким людям психологическую и юридическую поддержку. Принятый закон не разрешает в Эстонии однополые браки и усыновление детей однополыми парами (за исключением случаев, когда речь идет о ребенке одного из партнеров, а другой биологический родитель дал свое разрешение на такое усыновление).

Мы должны привыкнуть к мысли, что иная сексуальная ориентация – не какое-то психическое отклонение; эти люди – просто биологическое меньшинство, как, например, левши, рыжие или люди, принадлежащие к другой национальности, расе или вере. Старшему поколению сложно свыкнуться с этим, но большая часть молодых эстонцев и русских это уже поняла.

О мудрости и моральной нравственности общества можно судить по его отношению к меньшинствам. Многие известные общественные деятели Эстонии (от актера Эйно Баскина до бывшего футболиста Марта Поома) выступили с видео-обращениями  в защиту меньшинств. Актер Андрус Ваарик поведал отвратительную историю о детях, которые издевались над кошкой, а потом в свое оправдание сказали, что это же «русская кошка». Это показывает, что нетерпимость к одному меньшинству неразрывно связано с общей нетерпимостью к иным людям. Думаю, молодой человек, кричавший во время митинга перед зданием парламента, что гомосексуалисты – не люди, и им лучше убраться из Эстонии, сказал бы что-нибудь в том же духе и про русских, и про иноверцев.

Многие уехавшие жить за границу люди говорят, что общая терпимость к «другим людям» в Эстонии – большая проблема. Это выражается и в отношении части эстонцев к русским. Именно отсюда идет непонятное мне принуждение русскоязычных детей учиться в школе на языке, который они недостаточно понимают, а учителя при этом наверняка преподавали бы лучше на родном русском языке. Поэтому было удивительно видеть, как некоторые русские политики выступали против закона о совместном проживании плечом к плечу с теми людьми и политическими силами (прежде всего, Союзом Отечества и Республики), которые являются авторами подобной политики образования, и которые всячески противятся даже переводу на русский язык законов Эстонии или аннотаций к лекарствам.

Надеюсь, принятый с небольшим преимуществом в парламенте моральный акт терпимости в отношении одного меньшинства придаст сил и оснований еще громче заговорить об общей защите меньшинств и равноправии в Эстонии. Я рад, что так посчитали и председатель Центристской фракции Рийгикогу Кадри Муст, и генеральный секретарь центристов Прийт Тообал, и вице-спикер парламента центрист Юри Ратас, при поддержке которых этот законопроект был принят. В Рийгикогу на мгновение образовался единый фронт понимания и гуманизма. Это дает надежду, что нынешний или следующий состав парламента решит проблему с реформой русскоязычного образования, а также найдет способ предоставить в упрощенном порядке гражданство Эстонии тем, кто хочет быть лояльным Эстонскому государству.

И напоследок. В Ида-Вирумаа меньшинством сейчас являются эстонцы. Ситуация на уровне быта и общения здесь противоположна ситуации в остальной Эстонии. И тем более все люди повсюду должны помнить, как сложно требовать терпимости по отношению к себе, если сам ты нетерпим к другим. И, разумеется, сохранение эстонского образования и культуры, например, в Нарве требует особых мер со стороны государства. Как-то странно признавать, что в советское время здесь дела с этим обстояли лучше.

И снова выбор между Осиновским и Стальнухиным

Яак Аллик,

председатель Нарвского отделения СДП

Главной сенсацией октябрьских местных выборов – как для Нарвы, так во многом и для всей Эстонии – стал тот факт, что Михаил Стальнухин набрал намного меньше голосов, чем на прошлых выборах (4510 в 2009 году против 1338 в 2013), а также его крупное поражение впервые участвовавшему в муниципальных выборах Евгению Осиновскому, который собрал в Нарве 2403 голоса.

Вскоре выяснилось, что Стальнухин и не собирался приступать к работе в Нарве. Осиновский же выполнил свое обещание и на заседании городского собрания претендовал на кресло мэра Нарвы, однако центристское большинство решило посадить на это место  Эдуарда Эаста.

25 мая, когда пройдут выборы в Европейский парламент, у нарвитян снова будет возможность выбрать между Осиновским и Стальнухиным, подтвердив или изменив свой выбор, сделанный в октябре прошлого года.

Увы, голосовать на выборах в Европейский парламент могут только граждане Эстонии или другой страны Евросоюза, которых в Нарве около 21 тысячи, и на прошлых «европейских выборах» из них приняли участие в выборах 10.086 человек (45,3%), при этом 7701 нарвитянин отдал свой голос центристам. В тот раз можно было выбирать лишь между закрытыми партийными списками и независимыми одиночными кандидатами (как, например, получивший в Нарве 108 голосов Индрек Таранд).

На этот раз система изменилась, и каждый избиратель сможет выбрать из списка партии наиболее симпатичного ему конкретного кандидата (в точности как на муниципальных или парламентских выборах). Эстония отправляет в Брюссель 6 депутатов, и каждая партия может выставить свой список из 12 кандидатов. При этом место в списке имеет символическое значение, поскольку в итоге кандидаты все равно выстроятся по количеству отданных за них голосов (как и на местных выборах). Разница лишь в том, что теперь государство – один большой избирательный округ, и за любого кандидата можно проголосовать по всей Эстонии.

С моей точки зрения, эти выборы особенно важны по двум причинам:

Русского – в Европарламент!

В отличие от председателя «Союза Отечества и Республики» (IRL) Урмаса Рейнсалу, который видит большую национальную и государственную угрозу в желании отправить в Брюссель представлять Эстонию человека русского происхождения, я вижу в этом положительную сторону. Было бы прекрасно, если проблемы Евросоюза и принимаемые там решения и их влияние на Эстонию русским жителям объяснял бы кто-то из их же числа – на хорошем родном языке. Не менее важно, чтобы на всех дискуссиях в Брюсселе, где обсуждалась бы тема прав национальных меньшинств в целом и в странах Балтии в частности, полноправным участником был бы авторитетный представитель нашего русскоязычного меньшинства, слово которого имело бы вес и здесь, и там.

На сегодня все партии уже опубликовали свои предвыборные списки: правые партии – реформисты и IRL – ни одного русского кандидата на выборы не выставили. Так что выбирать предстоит между социал-демократами Евгением Осиновским и Натальей Китам и центристами Михаилом Стальнухиным и Яной Тоом.

При принятии решения не стоит забывать о том, что социал-демократы (Осиновский) составляют в Европейском парламенте одну из двух крупнейших фракций (вторая – Европейская народная партия, то есть консерваторы), и именно нам предсказывают победу на этих выборах в масштабе всей Европы. Это значит, что место президента Европейской комиссии после выборов, вероятно, отойдет именно социал-демократам. Центристы же вместе с эстонской Партией реформ входят в Европарламенте во фракцию либералов, влияние которой в Брюсселе довольно слабое.

Главная цель социал-демократов в европейской политике – это как раз социальная защита малообеспеченных людей и меньшинств, а также распространение достигнутых в богатых странах Европы соглашений (например, по защите пенсионеров, безработных и молодежи) на новые страны-члены ЕС типа Эстонии.

Поддержим левые силы!

Выборы 25 мая станут предвестником следующих парламентских выборов, которые пройдут в Эстонии 1 марта 2015 года. Именно на основе майских результатов будет строиться вся предвыборная машина пропаганды, на этой же основе будут принимать свое решение сомневающиеся, которые вечно хотят быть на стороне победителей.

У партий левого толка – социал-демократов и центристов – сейчас в парламенте на двоих 42 места, и этого явно недостаточно для создания правительства; однако, как показало проведенное в марте исследование популярности партий, сегодня центристы (27%) и социал-демократы (26%) заметно опережают пять лет руководившую страной коалицию правых партий (реформисты – 24%, IRL – 16%). Если это преимущество будет спроецировано на выборы в Европарламент, то и центристы, и социал-демократы смогли бы взять на них по два мандата, оставив коалиционным партиям по одному. Представляю, какая паника возникла бы в этом случае: ведь это был бы четкий сигнал о перераспределении сил во внутренней политике Эстонии, и левые партии смогли бы уверенно отправиться на парламентские выборы – с верой в то, что после выборов сможет родиться коалиция, которая действительно будет повернута лицом к народу, и которая внесет реальные изменения в социальную, образовательную и национальную политику и налоговое законодательство.

Опасаясь поражения на предстоящих парламентских выборах, Партия реформ отказалась от союза с IRL и предложила место в правительстве социал-демократам – на год. В ходе изменения состава правительства впервые в истории Эстонской Республики место министра образования получил русский политик – Евгений Осиновский. Почему социал-демократы пошли в правительство, и что Осиновский надеется сделать за предстоящий год именно в интересующих нарвитян сферах – об этом он пишет сам в данной газете.

Смена правительства означает для социал-демократов также то, что евровыборы 25 мая для нас становятся в каком-то смысле референдумом, где народ скажет, одобряет ли наше решение пойти в правительство, вытеснив оттуда IRL. Каждый голос, отданный социал-демократическому кандидату, усиливает наши позиции в правительстве. Каждый голос, отданный Евгению Осиновскому, придает ему сил и уверенности в себе, чтобы уже в этом году инициировать и защищать необходимые поправки в политике образования и гражданства.